Китовая бухта

Где водятся русские тропические киты? почему они подходят так близко к берегу, что их можно не только увидеть, но и проплыть над ними на сапе? Как сохранить этих исчезающих великанов? Ответы на вопросы искал путешественник и наш постоянный автор ГРИГОРИЙ КУБАТЬЯН.

Погода здесь часто меняется. То солнце и жара до 30, то вдруг наползет ледяной туман и уже у вас от холода изо рта идет пар. Или начнется шторм – и все катера и лодки разбегутся искать укрытия в руслах рек. Даже ветер дует потоками – морозный с Охотского моря, горячий с суши. В июле кое-где лежит снег, а бухту может запереть льдами.

 

Лакомая добыча

Холодный и суровый местный климат очень нравится редкой и исчезающей популяции охотоморских гренландских китов. Вообще-то гренландские киты живут еще севернее – в арктических водах. У них большой слой жира, им нипочем льды до 40 сантиметров толщиной, они их проламывают своими массивными головами. Так что охотоморская популяция удивительна тем, что киты, наоборот, готовы плескаться в прибрежной воде, которая иногда нагревается до 16 градусов.

Рассказывают, что когда на одной из международных конференций наши биологи демонстрировали снимки гренландских китов на фоне зеленых деревьев, иностранные ученые были в шоке и бормотали, какие здесь поразительные тропические киты.

Лису сложно увидеть, однако установленные рядом с лагерем фотоловушки регулярно отмечают ее присутствие.

 

Если кит начал бить хвостом, то другой кит, оказавшийся рядом, нередко начинает делать то же самое.

Раньше в Охотском море шла бесконтрольная охота на морских млекопитающих. Китовый жир, или ворвань, – нефть XIX века. Этим жиром заправляли уличные фонари, использовали его для смазки. Китобои были богатыми людьми, по окончании успешного сезона моряк покупал себе двухэтажный дом где-нибудь в Бостоне. В основном в Охотском море охотились американцы и европейцы. Российская империя в то время с трудом контролировала такие отдаленные от столицы владения. В советскую эпоху уже наши китобои охотились на китов, чтобы кормить дешевым китовым мясом пушных зверей на фермах. В итоге от десятков тысяч особей в Охотском море осталось лишь три сотни китов. Сейчас охота на них запрещена, но возможно, уже слишком поздно. Популяция не увеличивается и находится под угрозой.

 

Бухта Врангеля

Бухта, названная в честь русского мореплавателя Бернгарда Васильевича Врангеля, – практически единственное место, где можно увидеть этих китов вблизи. Зачем они приходят сюда каждое лето, ученые точно не знают. Киты трутся о камни на мелководье, счищая с себя старую кожу. Общаются друг с другом, водят хороводы или вдруг синхронно начинают бить хвостами. Почему? Единственный ответ – потому что могут.

А еще эта бухта – тренировочный полигон для плотоядных косаток. Косатки тоже редкие и охраняемые, поэтому люди не могут вмешиваться в конфликт китов разных видов. Хотя у взрослых гренландцев нет зубов, а лишь безобидный китовый ус, они способны дать косаткам отпор. Киты держатся вместе, прижимаются к берегу и бьют хвостами с такой силой, что могут оглушить зубастого 8-метрового хищника. Поэтому косатки предпочитают нападать на юных китят в других заливах. А в бухте Врангеля обучают свою молодежь.

Мыс Онгачан – одно из красивейших мест на побережье Охотского моря.

Косатки охотятся семьями. Подлетают к большому киту, бьют в него носом, потом отходят – симулируют атаку, чтобы подрастающее поколение смотрело и училось. Или отрабатывают командную тактику охоты: две косатки зажимают кита с боков, а третья пытается утопить кита, ложась на его дыхало. Кит может долго обходиться без воздуха, но всплывать время от времени ему необходимо, а в стрессе его дыхание учащается. Здоровый кит может избавиться от косаток, но уставшего они одолеют своей дружной командой. Родственные чувства у косаток необычайно сильны. Они все делают вместе, а если одна из них попадет в беду, другие будут пытаться ее спасти даже ценой собственной жизни.

Конусообразные скалы-кекуры украшают побережье Шантарских островов. Они находятся в воде и недоступны для сухопутных
хищников. Поэтому здесь любят отдыхать и гнездиться птицы.

Суровая природа Шантарских островов. Большую часть года здесь холодно, и снег тает лишь в июле.

Пять лет назад в бухте Врангеля стали появляться первые туристы. Наблюдать за китами дорого. Попасть сюда сложно. Длинный перелет до Хабаровска, потом еще один в Николаевск-на-Амуре. Потом три часа по грунтовке на микроавтобусе. И еще три часа на скоростном катамаране, это если погода хорошая. А если плохая – то на одном из этих этапов вы можете застрять на пару часов или на несколько дней. За деньги, которые люди платят, чтобы увидеть «русского тропического кита», можно отдохнуть где-нибудь в Швейцарии или даже в Сочи. А русский кит захочет – покажется из воды, а не захочет – выпустит недовольный фонтан и уйдет из бухты. Охотское море велико, ищи его потом.

Лунная дымка

Мелкий бурундук может представлять серьезную угрозу для человека, если доберется до продовольственных припасов

Но обычно в августе киты находятся именно здесь. Если соблюдать осторожность и следовать правилам, можно подплыть к ним на сапе (доске с веслом). Точнее, главное правило – не подплывать самому, а ждать, пока кит подплывет к тебе. Догнать китов все равно не получится, а распугать – запросто. Отважные девушки, влюбленные в китов, неподвижно сидят на воде по 2–3 часа. Подливают в гидрокостюм кипяток из термоса, чтобы не замерзнуть. И заинтересованный 20-метровый кит вдруг проплывет прямо под сапом, до невозможности близко, а потом еще раз. Или высунет голову или хвост. И в этот момент можно испытать ужас и счастье одновременно.

 

Ламинарии для бани

В бухте Врангеля разбит палаточный лагерь. Еду готовят на костре, едят из мисок, воду берут из ручья. По вечерам, если погода позволяет, пляжные посиделки с гитарой. Экспедиционная идиллия. Но отходить от лагеря нельзя: в лесу водятся медведи. Идешь на прогулку или за дровами, бери с собой фанатскую гуделку, файер или ружье. Все тропинки в лесу – медвежьи. Люди еще не успели растоптать их в благоустроенные дорожки с фонарями и пояснительными табличками.

Еще один опасный для людей хищник – мелкий и милый с виду бурундук. В поисках пищи он способен прогрызть палатку, и придется спать в дырявой, что, учитывая холодный и влажный местный климат, совсем ни к чему.

Во время отлива здесь можно бродить по берегу и собирать мидии и ламинарию, морскую водоросль, в которую заворачивают суши.

– Какая красота! – одна из туристок несет охапку ламинарий в баню. – В спа-салонах обертывание этими водорослями стоит сумасшедших денег, а здесь они просто так на берегу лежат!

Здесь вообще много удивительного. В лесу бродит северный олень, на скалах гнездятся краснокнижные белоплечие орланы, а по ночам напротив вашей палатки урчат и фыркают исчезающие киты.

– Смотрите, что я нашел! – кричит улыбающийся бородатый мужчина в красной шапке, что-то бережно держа в руках. Вокруг него тут же собирается кружок. – Это же настоящая кожа кита!

Он нашел не просто обрывок, а толстый кусок. Киты линяют. Их старая кожа, как и экскременты, необходимы для жизни планктона. Такие большие куски, по плотности и на ощупь напоминающие ткань дорогого гидрокостюма, сразу тонут – их мгновенно съедают крабы или камбала.

 

Не дать исчезнуть

В лагере постоянно дежурят биологи. Наблюдают за китами, читают лекции для туристов и следят за антропогенной нагрузкой. Считают, сколько сапов одновременно находятся на воде, замеряют уровень шума, число приходов катеров и количество дронов в воздухе.

Биолог Ольга Шпак работает на побережье Охотского моря с 2007 года. Сначала изучала белух, потом обнаружила китов. И теперь почти каждое лето занимается ими.

– Чтобы сохранить популяцию, нужно получить как можно больше информации о ней. Как кит размножается, как питается, где самки кормят детенышей. Охотоморские киты находятся на грани исчезновения. Нужно понять, какая деятельность человека представляет собой угрозу для китов.

Вплотную подплыть к киту на сапе – главное развлечение в бухте Врангеля. 100-тонное морское животное не нападает на
человека, но и приблизиться к себе позволяет далеко не всегда.

Заходя в бухту, катера сбавляют ход, чтобы не беспокоить и не задеть китов. Обычно киты не нападают на людей. Но если в это время в бухте находятся косатки, гренландцы нервничают и могут боднуть некстати приблизившийся катер.

– В следующем году никаких палаток здесь не будет, – обещает Бахт Мавланов, владелец туристической базы и руководитель компании «Дальневосточные экспедиции». – Мы построим уютные домики. И групп будет мало: не больше трех одновременно, и не больше 12 человек в группе.

Плотоядная косатка – единственный природный враг гренландского кита.

Но сможет ли он выполнить обещание ограничить число приезжих? Несмотря на отсутствие комфорта, желающих побывать в бухте Врангеля прибавляется. Где еще в мире можно увидеть так близко гренландских китов да еще и поплавать с ними? Интересы бизнеса будут требовать больше домов, больше катеров, и есть риск, что киты вовсе уйдут.

 

Шантарские острова

Из бухты Врангеля до бухты Онгачан полтора часа на скоростном катамаране. Здесь находится еще один лагерь, чуть более благоустроенный – с домиками. И с бесконечным валом древолома на берегу. Отсюда возят экскурсии на заповедные Шантарские острова. Из нескольких катамаранов, летающих между лагерями, два так и называются: «Врангель» и «Онгачан».

– Манит, манит, манит Онгачан. Путешествие по замкнутому кругу, – напевает старпом катамарана Андрей, выволакивая из леса огромные сухие пни, которые потом будут расколоты на дрова для бани. В иные дни в лагере так холодно, что люди бегают в баню просто так – погреть руки.

Шантары – драгоценности Охотского моря. Некоторые из скал – из чистой яшмы. Когда-то здесь вели промышленную добычу этих самоцветов, но сейчас она запрещена. Можно разве что подобрать на берегу отполированный волнами красивый камешек.

Мыс Радужный в хорошую погоду. Скалы из яшмы.

Здесь из воды поднимаются скалы-кекуры и каменные арки. На морских утесах раскинулись птичьи базары, галдят чайки, топорки, очковые чистики.

В бухте Абрек возле Малого Шантара живут лахтаки, крупные тюлени с усами, как у Буденного. Их можно встретить по всему побережью, но именно в этой бухте их больше всего.

– Лахтаки интересуются музыкой. Можно их подманить, если начать петь, – рассказывает биолог Екатерина Джикия. – Но лучше не ставить им записи. Они предпочитают живой голос. Одна девочка пела им поморские песни. Не меньше десятка лахтаков подплыло совсем близко, чтобы послушать.

На острове Большой Шантар находятся музей и метеостанция. Музей посвящен истории китобоев. Там сохранилось старое оборудование для варки китового и тюленьего жира. На метеостанции круглогодично работают несколько человек. Когда-то там был поселок с пекарней, конюшней и школой, а теперь лишь несколько старых домов и огород.

Туризм этим местам не помешает. Он принесет развитие, вдохнет жизнь в край, долгое время считавшийся «медвежьим углом» и посещаемый лишь браконьерами и нелегальными золотодобытчиками. Вот только развивать его нужно с осторожностью. Руководствуясь старым медицинским правилом: все есть яд, и все есть лекарство, важна дозировка. И еще одним, самым главным: не навреди!

ФОТО: ГРИГОРИЙ КУБАТЬЯН/ ИВАН КРАВЧЕНКО / АГЛАЯ ЦИДУЛКО / FOTOSTRANA.RU / NAUKAMEDIA.RU

Григорий Кубатьян

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Категории товаров